Анатольевич Короленко - Зелёные небеса [СИ]

После проверки снаряжения вышел во двор и уселся на скамейку у амбара. Хороший денёк, солнечный, ишь как припекает, даже через чур сильно, аж до мозгов боль в голове продирает...

... Пришёл в себя на земле у скамейки, из носа хлестала кровь, а в ушах звенело колоколом. Что ж такое, попытался встать, но не смог, казалось из тела вынули все кости, лежал бесформенной массой, не в состоянии пошевелить и пальцем,невидимая плита в сто тонн давила меня к земле.

В воздухе ощущалось движение мощных потоков энергии, от них раскалывалась голова и двоилось в глазах, то и дело раздавались какие-то звуки, похожие на натужное рычание. Не сразу понял, что слышу всё это прямо у себя в голове. И энергия эта похожа на ту, что я ощутил при Выбросе, пусть не такая сильная, и всеобъемлющая, но не менее опасная.

Дум! И тут же на землю рядом со мной упал Артемий, в броневом листе на груди оплавленная дырка с кулак, из неё вовсю валит чёрный дым и что-то сверчит и потрескивает. Робот попытался встать, но его ноги подкосились, и он с размаха приложился своей металлической головой о бетонные ступеньки амбара, и больше не шевелился.

Отбегался братуха, пронеслось в голове,что же за хрень сейчас творится? И тут же раздался дикий крик Матвея, по мозгу побежали пульсирующие огнём волны боли, всё сильнее и сильнее, разрывая голову на части. Когда боль достигла предела, я вырубился.

Очнулся от резкого запаха нашатыря, открыл глаза и увидел шефа. Лицо в слезах, борода всклокочена, вихры волос в разные стороны.

- Что случилось? - я сразу почувствовал, что произошло что-то страшное, пошатываясь, встал на ноги. Окинул взглядом двор и обмер - на крыльце лежал Матвей, а рядом с ним рыдала Елизавета. У меня от этой картины аж волосы на голове зашевелились, в три прыжка оказался рядом с ними и заглянул в лицо деда. Проглотил тугой ком в глотке и почувствовал, что у самого по щеке катятся слёзы. Старик был мёртв, на лице навеки запечатлелась какая-тонеземная грусть, илишь тёплый ветерок шевелил его седые пряди.

- Как так? - почти крикнул я шефу. -Почему?

- На нас напали при поддержке другого "мозголома", - тихо ответил Матросов. - Матвей убил их всех, но и сам...

- Точно всех? - меня натурально трясло. Сам не заметил, как привязался к деду, и его смерть потрясла меня до глубины души. Как же так могло произойти?..

- Точно, - кивнул шеф, вытирая слёзы. - Он успел сказать мне. Такие вот дела. Пошли взглянем.

В комнате быстро облачились в броню, взяли оружие и вышли за ворота. У леса нашли первого нападавшего. В броне-костюме, как у меня, лежит, уткнувшись шлемом в траву. Иванович перевернул труп и сорвал с него шлем - молодой светловолосый парень лет тридцати, из ушей струйки крови. Рядом непонятного вида массивное устройство с большим барабаном, шеф поднял его за ремень.

- Револьверный кумулятивный гранатомёт "Русло", - отрешённо пояснил шеф. - Из него Артёму прилетело.

Матросов пошарил по карманам и контейнерам брони мертвеца, вытащил несколько золотых цепочек и пачку долларов, а вот документов так и не нашлось. Затем распотрошил его ранец, в нём большие пластиковые упаковки, с надписью "ГКН 609 Русло", похоже, заряды для "базуки".

- Похоже, саймоновец, - сквозь зубы заметил Иванович. - Я гранатомёт возьму, а ты деньги и гранаты. Возвращаемся, надо срочно уходить.

Закинул трофейное золото с "баксами" в контейнер своей брони и побрёл вслед за шефом.

А тот первым делом подошёл к Артемию, поднатужился и перевернул павшего "шагохода" на спину, затем отстегнул с него пробитую грудную броню. Открыл лючок на груди робота и заглянул в него.

- Так, - вытащил из кармана какой-то небольшой приборчик и воткнул его куда-то в потроха железного парня.

- Готово, - пробормотал Матросов. - Повезло, лишь двести сороковую релюху оторвало, да сгорела схема отвечающая за включение транспортных габаритных огней. Ну они нам особо-то и не нужны. Вставай, Артемий.

Робот послушно поднялся с земли, уставился на нас своим единственным глазом.

- Пароль 0908345, - произнёс шеф. - Новая команда - главный оператор теперь я, Матросов Иван Иванович.

- Команду принял, - приятным женским голосом ответил Артемий, а я вздрогнул от неожиданности. - Главный оператор - Матросов Иван Иванович.

- Помоги броню повесить, - попросил меня шеф, и мы, поднатужившись, надели бронелист на грудь робота.

- Охрана периметра, - приказал Иваныч, и "шагоход" полез в своё гнездо на крыше амбара.

- Надо деда похоронить, - пряча взгляд, тихо сказал шеф. - Время у нас, чую, совсем мало.

Взглянул на Елизавету, та так и сидела у тела Матвея, взявшись за его морщинистую руку и раскачиваясь во все стороны, безмолвно плача. Я лишь досадливо сплюнул в сторону - было до боли жалко сироту, теперь такая-же как и Лёха Мартынов, одна во всех мирах. А да вот хрен, подумалось, пока есть у неё есть я, не одна она, и сам не один.

- А с Лизой что делать? - хрипло спросил у шефа. Оставлять её здесь я не за что бы не стал, поэтому этот вопрос волновал сейчас больше всего.

- Как что? С нами пойдёт, назначаю тебя ответственным за её безопасность, - сверкнул глазами Матросов. - Усёк?

- Усёк! - радостно кивнул я. - Осталась моя прежняя броня, ей отдадим, ну и "бритву".

- Согласен, - утвердил шеф. - Потом поговорим, сейчас давай Матвеем займёмся...

Деда похоронили на опушке леса в припасённом им заранее деревянном гробу. Вместо памятника поставили большой камень, потом дед, мы придём и установим нормальный обелиск, обещаю. Взглянул на Лизу, девушка уже не плачет, стоит, смотрит пустыми глазами на могилку, подошёл и обнял её, почувствовал, как она обхватила меня руками, дрожит всем телом.

- Давайте помянем Матвея Филиппыча, - шеф достал из контейнера на бедре увесистую фляжку и протянул её мне. Отвинтил крышку и нос уловил знакомый запах дедовской настойки. Отхлебнул и передал посудину девушке. Так отпила несколько глотков, кашлянула и отдала фляжку Иванычу.

- Спи спокойно, дорогой друг, - мрачно произнёс тот. - А мы отомстим за тебя, слово даю.

И Матросов приложился к горлышку, заранее выдохнув из лёгких воздух. И в тот момент в лесу взвыло множество глоток, боюсь даже представить, что это были за монстры, слишком уж жуткие были те стенания. Но вопили жалобно и протяжно, уверен, так они провожали в последний путь своего седого бородатого приятеля...

Мой старый броне-костюм вполне подошёл Лизе, лишь выставили подгонку размера на минимум. С оружием она, как рассказал шеф, обращалась прилично, дед обучил всему, что сам знал. Поэтому Матросов вручил ей "бритву" и несколько магазинов с патронами, словом, вот так она и влилась в наш маленький отряд.